Trois dirigeants d'OpenAI partent alors que Sora ferme et que les projets parallèles sont abandonnés

OpenAI входит в очередную фазу жесткой перестройки: 17 апреля 2026 года компанию одновременно покинули три заметных руководителя, а вскоре после этого она окончательно остановила пользовательскую версию Sora и начала разбирать на части исследовательские инициативы вне главной денежной линии. Для рынка это не просто серия кадровых новостей. Это признак того, что создатель ChatGPT все быстрее превращается из лаборатории амбициозных экспериментов в компанию, которая подчиняет почти все решения одной цели — росту корпоративной выручки.

Сразу об уходе объявили бывший директор по продукту Кевин Вейл, руководитель Sora Билл Пиблз и CTO корпоративных приложений Сринивас Нараянан. Вейл пришел в OpenAI около двух лет назад из Instagram, где отвечал за продукт, а затем возглавил OpenAI for Science — направление, которое занималось применением ИИ в науке и биомедицине. За день до объявления об уходе это подразделение выпустило GPT-Rosalind, модель для исследований в бионауках и разработки лекарств.

Теперь самостоятельной структуры OpenAI for Science больше нет: ее команду распределяют по другим исследовательским группам. Пиблз был одним из ключевых людей, собравших Sora с нуля. Нараянан за три года помогал выводить на рынок ChatGPT и API, а также масштабировал инженерную команду прикладных продуктов примерно с 40 человек до крупного бизнес-критичного блока.

Эти уходы трудно отделить от более широкого разворота компании. Внутри OpenAI часть непрофильных инициатив уже называют side quests — красивыми, но дорогими ответвлениями от основного бизнеса. Самый заметный пример — Sora.

Веб- и мобильные версии сервиса были отключены 26 апреля 2026 года, а API планируют закрыть 24 сентября 2026 года. Продукт в пике добирался примерно до 1 млн пользователей, затем просел ниже 500 тысяч и обходился компании примерно в 1 млн долларов в день. Дополнительным фактором давления стали претензии по интеллектуальной собственности со стороны Motion Picture Association.

На этом фоне закрытие Sora выглядит не как отказ от самой идеи генеративного видео, а как признание того, что OpenAI не смогла сделать экономику продукта устойчивой. Параллельно компания сворачивает и более исследовательские боковые треки. Формально OpenAI for Science не закрывают, а децентрализуют, то есть размазывают по другим командам.

По сути это означает конец отдельной инициативы, под которую Вейла и нанимали. Логика понятна: OpenAI концентрируется на ChatGPT и API, то есть на тех продуктах, которые уже способны масштабно монетизироваться в корпоративном сегменте. Чем выше стоимость вычислений и чем сильнее давление со стороны конкурентов, тем меньше внутри такой компании пространства для долгих экспериментов без прямой связи с выручкой.

На этом фоне тройной уход выглядит не случайностью, а продолжением двухлетнего исхода. Из 11 сооснователей OpenAI в компании остались только Сэм Альтман и Грег Брокман. За последние два года ушли Илья Суцкевер, Мира Мурати, Боб Макгрю, Джон Шульман, Баррет Зоф и другие руководители, определявшие раннюю идентичность OpenAI.

Только в 2025 году компанию покинули как минимум 12 senior-руководителей. Часть кадров ушла в Anthropic, часть — в Google DeepMind и Meta Superintelligence Labs, часть — в новые стартапы. Причины назывались разные: от этических вопросов вокруг контракта с Минобороны США до ощущения, что работа все больше смещается от крупных исследовательских ставок к операционной шлифовке ChatGPT для Microsoft и корпоративных клиентов.

Бизнес-контекст делает этот выбор понятным, но не менее рискованным. Месячная выручка OpenAI достигла примерно 2 млрд долларов, годовой ранрейт превысил 25 млрд, а в апреле 2026 года компания закрыла раунд финансирования на 122 млрд долларов при оценке в 852 млрд. У ChatGPT более 900 млн еженедельных активных пользователей, а корпоративное направление уже дает свыше 40% выручки и может сравняться с потребительским бизнесом к концу 2026 года.

Но вместе с этим OpenAI ожидает около 14 млрд долларов убытка на 25 млрд выручки в 2026 году, а совокупные расходы до 2029 года оцениваются в 115 млрд. Одновременно Anthropic, Google и Meta усиливают давление: у Anthropic уже сопоставимый масштаб доходов, Google встраивает Gemini в корпоративный стек, а Meta активно переманивает бывших исследователей OpenAI. Главный вывод простой: OpenAI не разваливается, но быстро меняет свою природу.

Компания, которая символизировала эпоху генеративного ИИ как исследовательский авангард, все заметнее становится машиной по конвертации лидерства в рынке в предсказуемую корпоративную выручку. Закрытие Sora, разбор OpenAI for Science и уход людей, которые строили эти направления, показывают, что внутри компании теперь важнее не широта амбиций, а дисциплина вокруг денежных продуктов. Для клиентов это может означать более стабильные и прикладные сервисы.

Для индустрии — меньше красивых побочных экспериментов и больше жесткой борьбы за корпоративный рынок.