Обвал акций ИИ-компаний и медицинский ИИ в России: оборот рынка всего 1,5 млрд рублей

Рынок ИИ лихорадит: после 5 ноября технологические акции потеряли около 2,5 триллиона долларов за сессию, Nvidia просела на 6–9%, а Micron и AMD на 15–18%. Рэй Далио незадолго до этого назвал ИИ «классическим пузырём». Но для российской клиники котировки зарубежных компаний — не инструмент решений. Важнее другой вопрос: как отличить реальную пользу от завышенных ожиданий.

Что показывают американские отчёты

Bessemer совместно с Bain опросили 226 руководителей организаций здравоохранения по 65 сценариям применения ИИ. Участники закладывали около 24 месяцев до окупаемости, а по их словам, отдача пришла примерно за 12 месяцев и превысила затраты в 3,5 раза. В 54% сценариев существенный эффект увидели в первый год.

Оговорка важная: это самооценки, а не клиническое испытание и не аудит. Среднее по разным сценариям не гарантирует, что ваш проект вернёт 3,5 доллара на каждый вложенный.

Административный ИИ выигрывает, потому что его проще измерить: число обработанных заявок, исправленных ошибок, минут на операцию. По данным Bessemer, около двух третей решений в цикле получения выручки используют полуавтономных или автономных агентов, а в клинической работе — примерно 4%. Там, где результат можно проверить, организации готовы доверять системе больше.

Врачи при этом осторожны. Доверие к ИИ в клинических решениях выражали 46% опрошенных, 77% сообщали, что рекомендации отклоняются более чем в половине случаев, а 48% страховщиков не готовы оплачивать полностью автономную помощь. Отсюда сигнал: выигрывают инструменты, которые помогают врачу, а не заменяют его.

Российская специфика

По рейтингу «Здрав AI 2025» фактический оборот специализированных разработчиков — до 1,5 млрд рублей. Оценки потенциальной ёмкости (64,4 млрд) и прогнозы на 2030 год (78–121 млрд) — величины другого типа, их нельзя ставить в одну колонку. Главный заказчик и регулятор — государство, поэтому выручка лидеров («Webiomed», «Третье мнение», «Цельс») зависит от решений Минздрава и ОМС.

Цифры компаний показательны. «СберЗдоровье» выросла до более чем 12,8 млрд рублей дохода, но это экосистема, а не чистый ИИ-разработчик. «Третье мнение» заработало более 270 млн рублей (+79,8%), включая гранты и субсидии. У «Webiomed» доход в 2025 году упал примерно на 30%, до 105 млн рублей при расходах 183 млн. У «Цельса» доход 135 млн при расходах 177 млн.

Вывод: успех пока у тех, у кого есть трафик, клиентская база и собственные модели. Специализированные команды растут кратно, но от низкой базы и во многом на госденьгах. Инвестиции в российский медицинский ИИ в 2018–2025 годах — около 4,7 млрд рублей за 264 сделки, включая гранты.

Что делать на практике

Автор предлагает три фильтра для любого проекта. Первый: есть ли измеримый результат в рублях, минутах или клинических показателях и замерен ли исходный уровень. Второй: кто платит после пилота. Третий: кто будет поддерживать систему через год.

Для продактов и основателей: стройте продукт вокруг понятного платёжного канала (тариф ОМС, региональная программа, бюджет сети), закладывайте длинные циклы согласования, сверяйте «потенциал» с фактическим оборотом и отдельно смотрите на долю грантов.

Для частной клиники ближайший реалистичный путь — документация, маршрутизация, контакт-центр, фронт-офис и управление циклом выручки. Эффект там можно посчитать самим. Но это гипотеза автора: открытых российских данных об отдаче управленческого ИИ нет.

Итог: падение акций не остановит медицинский ИИ в России, потому что он и так зависит не от биржи, а от бюджета и тарифов. Рисковее другое — слайды с потенциалом рынка без выручки.