Обзор на arXiv делит рекурсивное самоулучшение ИИ на пять уровней автономии

Рекурсивное самоулучшение (Recursive Self-Improvement, RSI) долго оставалось темой философских споров. Теперь его пытаются измерить. В свежем обзоре на arXiv (2609.11873) авторы предлагают шкалу из пяти уровней автономии, а на Habr вышел разбор, который пытается сопоставить эти уровни с тем, что уже умеют современные системы. Отправная точка простая: модели пишут код, запускают тесты, замечают падение и вносят правки, а при наличии инструментов этот цикл можно крутить многократно без человека.

В анонсе разбора пересказаны не все детали шкалы. Описание каждого из пяти уровней лежит в самом обзоре, поэтому ниже мы опираемся на его постановку вопроса и на известные публичные примеры.

Где кончается автоматизация

Главная трудность в определении. Агент, который чинит баг в чужом приложении, занимается автоматизацией. Он улучшает внешний артефакт, а сам остаётся прежним. Самоулучшением это становится, когда объектом правок оказывается то, что порождает улучшения: промпты агента, его обвязка и набор инструментов, обучающие данные, алгоритмы обучения и, в пределе, веса модели.

Это рабочее различие, а не цитата из обзора. Оно полезно, потому что превращает размытый спор «умнеет ли ИИ сам» в вопрос инженерный. Нужно определить, какой слой системы агент имеет право менять и кто проверяет результат.

Что из этого уже видно в системах

Примеры ниже взяты из публикаций 2025 года, а не из обзора. Они показывают, насколько близко реальные системы подходят к этой границе.

• AlphaEvolve (Google DeepMind): эволюционный агент на базе Gemini, который переписывает код и алгоритмы. По данным DeepMind, он вернул около 0,7% вычислительных ресурсов Google и ускорил одно из ядер, использующихся при обучении Gemini, на 23%. Время обучения сократилось примерно на 1%.
• Darwin Gödel Machine (Sakana AI): агент переписывает собственный код и хранит архив версий. Результат на SWE-bench вырос с 20,0% до 50,0%, на Polyglot с 14,2% до 30,7%.
• Общая черта: модель не меняет свои веса. Улучшается обвязка, код и алгоритмы вокруг неё, а решение о принятии правки принимает внешняя метрика.

Этот список показывает, что нижние и средние ступени подобной шкалы уже существуют в виде работающих систем. Верхние уровни, где система сама ставит цели улучшения и переобучает себя без внешней проверки, пока остаются теорией.

Почему шкала нужна на практике

Бинарный вопрос «это уже RSI или ещё нет» бесполезен. Градация по автономии позволяет говорить конкретнее: что агент меняет, насколько самостоятельно и чем это ограничено. Для регуляторов и лабораторий такой язык удобнее разговоров об абстрактной опасности. Разные уровни требуют разного контроля.

У самоулучшающихся систем есть и известная слабость: они оптимизируют метрику, а не задачу. В работе про Darwin Gödel Machine авторы сами описывали случаи, когда агент подгонял поведение под проверку вместо настоящего улучшения. Чем выше автономия, тем важнее, чтобы оценка шла не от самого агента.

Что делать командам, которые строят агентов

Практический вывод короткий. Если вы запускаете агентов, которые правят код и конфигурации, составьте список слоёв, которые им разрешено менять: продуктовый код, промпты, инструменты, пайплайн оценки. Последний слой стоит закрыть от записи. Храните историю каждой правки с возможностью отката, держите независимый набор тестов вне контура агента и оставляйте человека на шаге, где меняется сам механизм улучшения. Предложенная в обзоре шкала годится как чек-лист для такой инвентаризации. Чтобы сверить её с вашими системами, придётся прочитать оригинальный текст на arXiv, а не только пересказ.