Илон Маск в суде обвинил Сэма Альтмана в «краже» некоммерческой OpenAI

28 апреля 2026 года Илон Маск дал показания в федеральном суде в Окленде по делу против OpenAI и её руководства. На первом дне слушаний он попытался показать конфликт с Сэмом Альтманом не как обычную корпоративную ссору, а как спор о том, во что должна была превратиться OpenAI: некоммерческую лабораторию в интересах человечества или гигантский коммерческий AI-бизнес.

О чем спор Разбирательство выросло из иска Маска, поданного ещё в 2024 году.

Бизнесмен утверждает, что OpenAI ушла от своей исходной миссии — развивать искусственный интеллект на благо людей, а не ради обогащения конкретных акционеров и топ-менеджеров. По версии Маска, компания, которую он помогал запускать как некоммерческую организацию, со временем превратилась в структуру, где приоритетом стали инвестиции, масштабирование и коммерческая отдача. Сейчас требования у иска куда шире публичной перепалки между двумя известными фигурами индустрии.

Маск добивается, чтобы OpenAI вернули к некоммерческому формату, а Сэма Альтмана и Грега Брокмана отстранили от руководящих ролей. Он также требует компенсацию в размере $150 млрд и хочет, чтобы эти деньги, если суд её присудит, ушли в благотворительное крыло OpenAI. Для самой компании дело неприятно ещё и потому, что оно поднимает вопрос: можно ли безболезненно переупаковать AI-лабораторию, созданную как nonprofit, в многосотмиллиардный бизнес.

Как выступал

Маск Свои показания Маск начал не с документов и переписки, а с длинной биографической линии. Он вспоминал жизнь в ЮАР, переезд в Канаду с дорожными чеками на 2500 канадских долларов, а затем последовательно прошёл по Zip2, PayPal, SpaceX и Tesla. Логика этой части была прозрачной: убедить суд, что ключевые проекты он запускал не ради личной выгоды, а как ответ на большие риски для человечества — от зависимости от ископаемого топлива до угроз, связанных с искусственным интеллектом.

В суде Маск снова повторил свою привычную позицию об ИИ как об «обоюдоостром мече». По его словам, технология может либо резко улучшить качество жизни и решить огромный пласт проблем, либо привести к катастрофическим последствиям. Именно поэтому, как утверждает Маск, он и помогал создавать OpenAI: как противовес крупным технологическим игрокам и как площадку, где развитие сильного ИИ не будет подчинено чисто коммерческим стимулам.

В этой логике конфликт с Альтманом он представил как конфликт между миссией и выгодой.

«Нельзя красть благотворительную организацию», — заявил Маск в суде.

Дальше риторика стала ещё жёстче. Маск сказал, что придумал саму идею OpenAI, название, привлёк ключевых людей и обеспечил стартовое финансирование. Он отдельно подчеркнул, что проект с самого начала задумывался как структура, которая не должна приносить выгоду отдельным лицам. Параллельно судья Ивонн Гонсалес Роджерс попросила и Маска, и Альтмана сдержаннее вести себя в соцсетях: адвокаты OpenAI пожаловались на посты Маска в X, где он ещё до заседания нападал на оппонента.

Что говорит OpenAI Защита OpenAI описывает историю иначе.

По версии юристов компании, именно Маск в своё время подталкивал организацию к более коммерческой модели, потому что без неё было невозможно покупать вычислительные мощности и удерживать дорогих исследователей на фоне конкуренции с Google DeepMind и другими крупными лабораториями. На этом фоне сегодняшние претензии Маска OpenAI подаёт не как защиту принципов, а как попытку переписать собственную роль в истории компании. Юристы OpenAI также заявили в суде, что Маск хотел больше контроля над организацией и остался недоволен, когда не получил его.

По их версии, иск появился уже после того, как Маск не добился желаемого влияния, а затем запустил собственную AI-компанию xAI. Для присяжных спор сейчас выглядит так: одна сторона говорит о предательстве исходной миссии, другая — о борьбе за власть и влияние в центре AI-рынка.

• Маск требует вернуть OpenAI к некоммерческой модели Он хочет отстранения Сэма Альтмана и Грега Брокмана Сумма заявленной компенсации составляет $150 млрд Возможные выплаты, по замыслу истца, должны уйти в благотворительное крыло OpenAI OpenAI настаивает, что коммерческая перестройка была нужна для вычислительных ресурсов и найма исследователей ## Что это значит Этот процесс важен не только из-за личной вражды Маска и Альтмана. Суд фактически проверяет, можно ли превратить AI-инициативу с публичной миссией в коммерческий гигант, не разрушив доверие к самой идее «безопасного ИИ для всех». Какое бы решение ни было дальше, спор уже стал тестом для всей индустрии: где заканчивается миссия и начинается корпоративный контроль.