Musk admitted: no written agreement existed with OpenAI at its founding

Илон Маск признал в суде, что никакого письменного договора об условиях его пожертвований в OpenAI не существовало — ни в момент основания компании более десяти лет назад, ни позднее.

Основание без бумаг

OpenAI была создана в 2015 году как некоммерческая исследовательская организация при поддержке нескольких технологических предпринимателей. Маск входил в число первых сооснователей и жертвователей, вложивших значительные суммы в запуск проекта. По его словам, стороны опирались на устные договорённости: OpenAI должна была служить человечеству в целом, оставаться некоммерческой и не подчиняться интересам корпоративных акционеров. Именно это понимание Маск считал фундаментом проекта — но на бумаге оно зафиксировано не было. В 2018 году он покинул совет директоров, сославшись на конфликт интересов с Tesla и SpaceX. И при этом никаких формальных документов о судьбе пожертвований или миссии организации подписано тоже не было.

Признание ослабляет иск В 2024 году

Маск подал иск против OpenAI, утверждая, что компания нарушила обязательства перед жертвователями, начав коммерческую реструктуризацию. Его аргументация строилась на существовании некой «изначальной договорённости» о некоммерческом характере организации. Теперь сам истец признаёт: письменных условий не существовало.

Это существенно осложняет правовую позицию: Без письменного соглашения трудно доказать нарушение конкретных условий Устные договорённости в корпоративных делах суды признают неохотно OpenAI вправе настаивать на отсутствии юридически обязывающих ограничений Некоммерческий статус организации формально не запрещает ей менять структуру ## Контекст конфликта OpenAI активно движется к преобразованию в Public Benefit Corporation (PBC) — форму, позволяющую привлекать внешних инвесторов при формальном сохранении миссии. Параллельно Маск строит xAI как прямого конкурента и публично критикует трансформацию OpenAI. Судебный процесс разрастается: стороны обменялись десятками процессуальных документов.

В центре спора — вопрос, было ли преобразование OpenAI нарушением изначальных намерений основателей, пусть и не зафиксированных на бумаге.

«Никакого письменного соглашения или контракта об условиях пожертвования не существовало», — признал Маск в ходе показаний.

OpenAI настаивает, что действовала строго в рамках своего устава и корпоративных документов, которые не содержат ограничений на последующую коммерциализацию.

Что это значит

Без зафиксированных условий нарушать формально нечего — это серьёзно осложняет позицию Маска. Исход дела будет зависеть от интерпретации устных намерений основателей и корпоративных документов 2015 года. Прецедент важен для всей отрасли: он определит, насколько AI-компании юридически обязаны придерживаться своих изначальных некоммерческих деклараций.