Investors concerned: Sam Altman attempted to direct OpenAI funds to personal projects

Подготовка OpenAI к возможному IPO снова вывела на поверхность старую уязвимость компании: границу между интересами самого стартапа и личными интересами его генерального директора. По данным The Wall Street Journal, Сэм Альтман в последние месяцы пытался продвигать идеи, при которых деньги или влияние OpenAI могли бы помочь проектам, связанным с его инвестициями и личными амбициями. Для инвесторов это чувствительная тема именно сейчас.

Если OpenAI действительно приблизится к публичному размещению в 2026 году, рынку понадобится не только история быстрого роста, но и понятная система корпоративного управления. В таких случаях особенно внимательно смотрят на то, как руководство распоряжается капиталом, есть ли у него побочные интересы и достаточно ли независим совет директоров. Ситуацию усложняет и необычное положение самого Альтмана: в капитале OpenAI он доли не имеет, но при этом сохраняет очень широкое влияние на стратегические решения.

За 2024 год его официальная компенсация на посту CEO, как сообщалось, составила всего 66 тысяч долларов, а основная часть его состояния связана с многочисленными внешними инвестициями. Самый заметный эпизод касается Helion — энергетического стартапа, работающего над коммерческим термоядерным синтезом. Альтман давно считается его крупнейшим инвестором и ещё в 2021 году вложил в компанию 375 млн долларов, называя её одним из главных проектов в своей жизни после OpenAI.

Когда Helion понадобился новый раунд финансирования, обсуждалась сделка примерно на 1 млрд долларов при оценке около 35 млрд. По данным публикации, Альтман хотел закрыть почти половину этой суммы не только собственными деньгами, но и средствами OpenAI. Внутри компании к идее отнеслись прохладно: часть руководителей сомневалась и в самой технологии, и в том, насколько такая инвестиция соответствует интересам OpenAI.

В итоге схема не прошла, хотя стороны всё же договорились о долгосрочной покупке до 50 гигаватт электроэнергии к 2035 году. В прошлом месяце Альтман вышел из совета директоров Helion, чтобы снизить очевидный конфликт интересов. Без поддержки OpenAI Helion теперь, как утверждается, рассчитывает на куда более скромный раунд — около 250 млн долларов при оценке 15 млрд.

Похожая логика прослеживалась и в других инициативах. Сообщается, что Альтман пытался привлечь ресурсы OpenAI к поддержке Merge Labs, стартапа в области мозговых имплантов, который можно рассматривать как потенциального конкурента Neuralink. Ещё один пример — аэрокосмическая компания Stoke Space.

Прошлым летом обсуждалась возможность купить крупный пакет её акций или даже поглотить компанию, используя ресурсы OpenAI. В итоге инвестором в Stoke Space стал связанный с Альтманом фонд Hydrazine, а сама идея, включая разговоры о дата-центрах в космосе, поддержки внутри OpenAI не получила. Позже Альтман и сам называл концепцию космических центров обработки данных несерьёзной.

На этом фоне внутри OpenAI начали заметно жёстче пересматривать приоритеты. После прихода Фиджи Симо на пост директора по продукту компания, как утверждается, стала больше концентрироваться на создании универсального AI-продукта для массового и корпоративного использования, а часть более спорных инициатив была отложена или заморожена. В этот список попали, в частности, видеогенератор Sora и обсуждавшийся «взрослый режим» для ChatGPT.

Логика простая: чем ближе компания к IPO, тем меньше у неё пространства для дорогих и слабо объяснимых экспериментов, особенно если они пересекаются с личными интересами топ-менеджмента. История выглядит чувствительной ещё и потому, что тема конфликта интересов вокруг Альтмана уже всплывала раньше. До OpenAI он возглавлял Y Combinator и успел собрать огромный портфель инвестиций в сотни стартапов.

Некоторые из этих компаний затем заключали сделки с OpenAI, что неизбежно порождало вопросы о том, где заканчивается стратегия компании и начинается личная выгода её руководителя. По данным публикации, непрозрачность структуры его активов сохраняется и сейчас: даже внутри OpenAI не всегда могут точно оценить, как отдельные решения пересекаются с его внешними интересами. Не случайно именно такие опасения назывались среди причин временного отстранения Альтмана в ноябре 2023 года.

После его возвращения совет директоров создал специальный комитет по конфликтам интересов, но публичной отчётности о его работе с тех пор почти не было. Главный вывод для рынка здесь не в том, что руководитель технологической компании вообще не должен иметь сторонних инвестиций. Вопрос в другом: может ли OpenAI убедительно показать, что решения о распределении денег принимаются в интересах самой компании, а не под влиянием личных ставок её CEO.

Если OpenAI действительно хочет выйти на биржу, ей придётся доказывать это не обещаниями, а прозрачными правилами, независимым контролем и понятной дисциплиной капитала.